Баннер


Глава 7. Воспитание преподобного Мун Сон Мёна


7.1. Окружение, в котором вырос Мун Сон Мён

Двадцатые годы — то время, когда я родился, были очень трудными для Кореи, страну постиг трехлетний голод. Также это было временем противостояния японской оккупации, толчком к которому послужили события первого марта (общенациональное восстание против японского оккупационного режима в 1919 году). Я родился в то время, когда моя семья находилась в затруднительных обстоятельствах в связи с событиями первого марта. (168-68, 1987.09.01)

* * *

Я родился в 1920 году — во время японской оккупации Кореи. Я напрямую чувствовал боль и печаль слабой страны, подавленной сильным соседом. Будучи подростком, я серьезно думал о том, каким образом можно спасти этот трагичный мир войны и зла. (229-79, 1992.04.10)

* * *

В нашей семье была традиция не отпускать людей голодными. Когда к нам приходили гости, мы никогда их не выгоняли. Таков был наш семейный обычай. Мы делились пищей с людьми из разных частей Кореи. Во время японской оккупации жизнь людей была очень трудной, и многие бежали в Маньчжурию. Так как наш дом находился у проезжей части, люди из всех восьми районов Кореи останавливались и садились перекусить. Каждый день моя мать готовила пищу на 30-40 человек. Всю свою жизнь она следовала этой семейной традиции без единого слова жалобы. (111-310, 1981.03.09)

* * *

Наш дом стоял у дороги, и все в округе знали нашу семейную традицию. Бывало, что в нашей гостиной находилось одновременно около тридцати человек. Несмотря на то, что моя мать была женщиной с характером, она никогда не жаловалась на то, что ей приходилось много готовить и в то же время прислуживать своему свекру. (198-149, 1990.01.28)

* * *

У моей бабушки было два брата, и младший из них был христианским священником (Мун Юн Гук). Он был во главе восстания первого марта в провинции Северного Пхеньяна, а также являлся членом государственного комитета по планированию. Во время восстания он повел за собой работников школы, церковных последователей и жителей города Осан. За организацию марша он был арестован японской полицией и заключен в тюрьму на два года. После отбывания должного срока его заставляли жить вдали от родного города, и он скончался в городе Дженсон провинции Кванджон. (20-209, 1970.02)

* * *

Моего отца (Мун Кён Ю) знали как человека, не нуждавшегося в правилах поведения. Когда он распоряжался деньгами, он терпеть не мог находиться в долгах. Он всегда возвращал заем в должные сроки с уплатой процентов. При любых обстоятельствах он сдерживал свои обещания. В этом с него можно было брать пример.

Он также знал все песни из сборника церковных гимнов, в котором было 400 страниц, поэтому он не носил его в церковь по воскресеньям. Когда я спросил, почему он не берет его с собой, он сказал: «Тяжело носить его повсюду. Я наверняка потеряю его. Я лучше оставлю его дома». Затем я спросил его, как он собирается петь гимны, на что он ответил: «Что ты имеешь в виду? Я буду следовать за поющими, и, если я не знаю слов, всегда можно заглянуть в книгу соседа, стоящего передо мной». Так он заучил все гимны. (45-136, 1971.06.24)

* * *

Моя мать (Ким Кён Ге) была неимоверно сильной женщиной, неунывающей и выносливой, как бывалый солдат. От нее я наследовал мускулистое телосложение и физическую силу. (139-52, 1986.01.26)

* * *

Анализируя события своей жизни вместе с прошлым своей семьи, я вижу, что в один момент Бог дает благословение, но позже Он суров и безжалостен. Когда был жив мой прадед, наша семья пребывала в милости Божьей, но во время жизни моего дедушки нам пришлось идти путем искупления. Искупление вновь влекло за собой благословение, так же как в истории израильтян. Когда им даровалось десять благословений, столько же искупления выпадало на их долю. Чтобы что-то утвердить и посеять семя будущего, должно быть заплачено искупление. Особенно когда появляется семя не только семьи, но и целого рода, сатана дает этой семье больше испытаний, чем благословений. До того как Бог призвал меня, в моей семье царило смятение. Наша семья потеряла везение и удачу и вместе с тем потеряла некоторых членов. До моего вступления на миссию моя семья платила искупление в течение трех поколений. Искупление постигло поколение моего деда, моего отца, и в нашем поколении — старшего брата в частности. (29-208, 1970.02)

* * *

7.2. Любознательный ребенок

Поскольку место рождения человека на 80% определяет его жизненную подготовку и опыт, связь человека с местом его рождения никогда не прерывается. (187-290, 1989.02.12)

* * *

Мне хотелось бы воспитывать людей на земле, где я вырос, где играл ребенком, чтобы использовать это окружение в качестве наглядного пособия. Вы лучше узнаете меня, когда услышите мой рассказ о том, как в детстве я играл у подножия горы. (50-177, 1971.11.06)

* * *

Знайте: вы можете освободить меня и искупить тот невольный факт, что никто и никогда не праздновал мой день рождения, никто не последовал за мной в Чонджу в Северную Корею, где я вырос. Вы можете это сделать, выпив воды, которую я пил в детстве; играя в саду, где я мальчишкой играл и бегал; распевая там со своими детьми святые песни и воздавая хвалу Богу. Я хочу, чтобы моя родина и все, что меня окружало, послужило вам учебным пособием. Если вы хоть раз в жизни услышите от меня рассказ о моей жизни у подножия горы, вы гораздо лучше узнаете меня. Когда-нибудь вы обязательно побываете в горах и на реках на родине вашего учителя. Великодушие в сердце человека воспитывается в его общении с миром окружающей природы, в его единении с животным и растительным миром родины. Вот почему мы с тоской вспоминаем наши родные горы и реки, вот почему мы любим природу. (187-284, 1989.02.12)

* * *

Во времена своей юности, глядя на горы, я размышлял: «Как называется эта гора? Интересно, что на ней находится»? Я всегда исследовал те места, которыми интересовался. Я хорошо знал всю округу в радиусе восьми километров. (24-84, 1969.07.06)

* * *

В юности моя активность была безгранична. В Чонджу не было таких уголков, где бы я ни побывал. Я покорил все горные вершины в округе. Но мне хотелось чего-то большего. Я хотел постичь тайну красоты утреннего восхода. В самом сердце природы — среди гор и рек зародилась моя тяга к вере. Вода, земля, деревья моей родины, ее весенний ветерок, все пережитое мной в юности до сих пор живо в моей памяти. (221-171, 1991.10.23)

* * *

Когда я в молодости бродил в горах, я прикасался к каждому встречному цветку. Я знал названия всех цветов. Бывало, что и после захода солнца я оставался один на один с творением. Я засыпал на природе, а среди ночи родители находили меня и уводили домой. Я очень любил природу. (203-185, 1990.06.24)

* * *

У моего дома растет очень красивый каштан, которому примерно двести лет. Я родился в год обезьяны и, наверно, поэтому очень ловко лазил по деревьям. Было так интересно взбираться на каштановые деревья и сбивать каштаны деревянной палкой. (141-33, 1986.02.16)

* * *

Я ходил в горы изучать птиц. Поймав пташку, я внимательно ее рассматривал и лишь после этого отпускал на волю. Меня интересовало различие между самцами и самками у разных видов птиц. Был ли у меня какой-нибудь учебник? Нет. Моим учебным пособием были живые птицы. Наблюдая за ними, я часто забывал о еде. (162-213, 1987.04.12)

* * *

Как-то я захотел узнать, как вороны откладывают яйца. От жгучего любопытства я потерял сон. Я ходил к гнезду вечером и ранним утром, пока ворона была еще в гнезде. Наблюдая за вороной каждый день, я приручил ее к себе. Поначалу она громко каркала при моем появлении, но потом привыкла ко мне и, видя, что от меня ей нет никакого вреда, она утихла. Я спокойно наблюдал за тем, что происходит в гнезде, как ворона собирает и кормит своих птенцов. (51-83, 1971.11.01)

* * *

Живя в деревне, я часто ловил насекомых. Какие только мне не попадались! Кроме того, я ловил различных животных и приносил их домой. Должен признаться, что за тиграми я не гонялся! Среди пойманных мной животных были рысь, енот, кролик. Для меня все это было захватывающе интересным. Я думал, что животные живут поодиночке, но оказалось, что у каждого из них есть пара. Все в природе существует в парах. (140-296, 1986.02.14)

* * *

В снегопад в большом лесу, раскинувшемся на десятки километров, я охотился ночью на ласок, а днем на кроликов. Я учил собаку лаять по команде, потом брал ее с собой в горы. Там я находил палку, бросал ее и требовал, чтобы пес приносил ее мне. (202-296, 1990.05.25)

* * *

Во время каникул я поехал на море, мне хотелось больше узнать о нем. Я облазил все — грязные пруды, болота и крабовые норы. Я рыбачил. Я был чемпионом по ловле угрей. (144-294, 1986.04.26)

* * *

Когда у нас были гости, я за полчаса или за час мог наловить угрей на ужин для всех. За 15 минут я пробегал 6 км до пруда и еще за 15 минут отлавливал пять угрей. (214-124, 1991.02.01)

* * *

Я много занимался пчеловодством. Мед с акаций такой вкусный! Когда пчела садится на акацию и погружает головку в цветок, она распрямляет задние и передние лапки, заправляет их под себя и сосет нектар. Попробуйте вытянуть ее пинцетом, и она не сдвинется с места, даже если оторвать у нее брюшко. Вот как серьезно пчела приступает к делу! Конечно, жестоко разрывать пчелу, чтобы убедиться в серьезности ее намерений! Наблюдая за этим, я думал, что должен брать пример с упорной пчелы. (186-203, 1989.02.01)

Я не могу жить, осознавая, что существует что-то, чего я не знаю. Когда в нашем городе умирал пожилой человек, я всегда расспрашивал, от какой болезни он скончался. Если мне было интересно, отчего умер такой-то человек, я приходил на похороны и спрашивал у людей вокруг. Я всегда знал все городские новости. (164-312, 1987.05.17)

* * *

Меня интересовало все. Если какой-нибудь старик испражнялся поблизости от нас, я не проходил мимо. Мне было не понятно, почему старик не чувствовал неприятного запаха, ведь каждый прохожий затыкал нос от вони. Я подходил и спрашивал. (50-302, 1971.11 08)

* * *

Далее когда моя мама давала мне яблоки или дыню, я спрашивал ее, где она их взяла. Мама говорила: «Как это, где взяла? Твой старший брат купил это на рынке». Я расспрашивал маму, из какого сада этот фрукт и кто его сорвал — пожилая женщина, мужчина среднего возраста, молодой человек или девушка. Мне было интересно. (33-283, 1970.08.21)

* * *

Знаете, сколько учителей сбегало от меня, когда я задавал им вопросы, на которые они не могли ответить? Например, я спрашивал: «Кто вывел эту физическую формулу? Я не могу ее понять. Пожалуйста, объясните мне так, чтобы я понял». (203-328, 1990.06.28)

* * *

Прежде чем поверить, я всегда проверял все сам. Когда учитель математики объяснял новую формулу, я докучал ему вопросами. Я думал: «Кто открыл эту формулу?» Мне было не по себе от мысли, что кто-то до меня уже вывел ее. Я думал: «Я должен был открыть эту формулу первым». Я проверял формулу и рассматривал разные пути ее выведения. За что бы я ни брался, я делал это от всего сердца. (162-278, 1987.04.17)

* * *

За день до экзамена я просматривал вопросы, которые, по-моему мнению, могут попасться мне на экзамене. Я выбирал три вопроса и учил только их. Обычно именно они и попадались мне на экзамене. Я анализировал психологию преподавателя и угадывал, какие именно вопросы он или она вынесет на экзамен. Обычно я угадывал на 70%. (229-116, 1992.04.11)

* * *

Я всегда выходил победителем на соревнованиях по борьбе. Кроме того, я хорошо играл в футбол. Несмотря на мое плотное телосложение, я достаточно быстрый в движениях. В молодости я упражнялся на железных брусьях. Я занимался разными видами спорта. И по сей день я продолжаю занятия гимнастикой, некоторые упражнения никому не известны, я придумал их сам. (192-151, 1989.07.03)

* * *

В течение шести месяцев я уходил в отдельную комнату и тренировал свое произношение. Я работал над собой, пока не добился правильного произношения всех звуков. Я научился говорить быстрее. Я тренировался произносить целые речи. (25-339, 1969.10.12)

Много лет назад, еще подростком, мне очень нравилось слушать музыку. Хозяин дома, в котором я жил, был старшим сыном в одной из богатых семей в провинции Канвон, у него был свой автомобиль, на котором он ездил. В то время — 30 лет назад — человек, умеющий водить автомобиль, был представителем общественной элиты. Этот человек объехал всю Корею. Он знал множество народных песен, и у него были сотни пластинок. Я решил заслужить расположение хозяйки дома. Каждый вечер я приносил поднос с едой. Я выполнял каждую ее просьбу. Все это я делал согласно своему плану. Хозяйка была очень довольна мной. Она даже сказала, что хотела бы видеть меня своим зятем. А почему бы и нет?! И она разрешала нам слушать пластинки. Она позволяла нам брать несколько пластинок за раз. В конце концов мы переслушали все, что у них было. Я решил завершить это за несколько дней, и мы целыми днями крутили пластинки. Человек, умеющий петь, имеет большое преимущество. Почтенный сын постукивает маму по спине, когда поет. Если юноша и девушка поют друг другу о любви в своем сердце, они полны этим чувством. Так разве не должен человек, работающий на передовой линии, достичь всей полноты своих желаний любой ценой, если он стремится осуществить восстановление? Таков путь становления совершенного человека. Это необходимый процесс. Я слушал музыку даже ночью. Лежа в постели, я убавлял звук и под одеялом продолжал слушать музыку. Я очень настойчив и стараюсь никогда никому и ни в чем не уступать. (46-293, 1971.08.15)

* * *

В старших классах я был чемпионом по рукопашному бою. Не было такого вида спорта, в котором бы я не добивался успеха. Я даже боксом занимался. Если вдруг какой-то хулиган набрасывался на меня, я одним ударом укладывал его на землю. Зачем я это делал? Я не хотел драться. Я хотел совершить великую революцию, изменить этот мир и создать новый мир, который существовал бы по истинным законам, а для этого мне нужно было здоровое тело. (85-20, 1976.03.02)

* * *

7.3. Решимость и интуиция

Если я начинал плакать, то не мог остановиться даже через час. У меня было прозвище «дневной плакса». Ведь мне требовался целый день, чтобы выплакаться. Мне хотелось, чтобы все старики города вышли на улицу и увидели меня плачущим. Своими рыданиями я будил даже спящих. Я ревел так, словно случилось что-то ужасное. У меня начинало болеть горло, я хрипел и не мог говорить. Я не мог сидеть и плакать. Я бегал по округе, до крови бился о стены. Я был весь в крови. Представляете, каким я тогда был? (50-297, 1971.11.08)

* * *

Я не уступал никому. Даже если это грозило мне переломом. Так я вел себя в детстве, когда еще мало знал о мире. Если мать ошибалась и после этого начинала давать мне советы, я решительно отвергал их. Если мне говорили, что нельзя своевольничать, я бросался в драку. Я был не подарок. Но я никогда не сдавался. (136-132, 1985.12.22)

* * *

Так же складывались отношения и дедушкой. Однажды он сделал мне замечание с сигаретой в руках, на что я ответил: «Разве дед может воспитывать своего внука с сигаретой в руках? Это что, наша семейная традиция?» Что ему оставалось делать? Он считал меня глупеньким ребенком, но, когда я поправил его, он согласился: «Ты прав. Я выброшу эту сигарету». (210-372, 1990.12.27)

* * *

Рассказывали, что в деревушке Осан живет мальчик, который делает все, что пожелает. Говорили, будто он способен сжечь свой дом, если такая мысль взбредет ему в голову. Он мог спилить любое дерево, убить корову. Пообещал — и сделал. Все должны были смириться с этим. Если бы он захотел, он мог бы убить корову. Все, что бы он ни пообещал, он делал. Я мог почувствовать удовлетворение, лишь завоевав уважение трех поколений, включая прародителей. (197-39, 1990.01.07)

* * *

Однажды один мальчишка сильно разбил мне нос и убежал. Я ждал 30 дней у дверей этого мальчика и наконец дождался: его родители попросили у меня прощения. Они дали мне рисовую лепешку, которую я принес домой. (46-161, 1971.08.13)

* * *

Раньше я хорошо играл в рисованные карты. Вы знакомы с этой игрой? Мы также играли в игру, где нужно бросать монету о стену и смотреть, далеко ли она отлетит. В этой игре я был чемпионом. Я также лучше всех выкапывал лунку, чтобы бросать в нее монеты. (221-90, 1991.10.23)

* * *

В молодости я всегда был победителем в кулачном бою. Но один раз меня победил один человек, он был старше меня на три года.

Сельские жители поймут меня. Весной по стволу акации поднимается сок. В это время с нее очень легко снимается кора, как и у сосны, стоит только согнуть дерево, и кора спадает сама, а дерево становится практически негнущимся.

После своего поражения в рукопашном бою я шесть месяцев боролся с этой акацией. Я говорил дереву: «Эй! Я не буду есть, пока не согну тебя так, чтобы сесть сверху». Целые полгода я трудился, забыв про еду и сон. Я добился своего, поскольку был настроен очень серьезно. (139-52, 1986.01.26)

* * *

Давно, когда мне не было и десяти лет, все дети в радиусе восьми километров боялись меня. Обычно я собирал вместе наших ребят, и мы шли драться с мальчишками из соседней деревни. Если кто-то плакал из-за того, что его побил какой-нибудь мальчишка из другой деревни, я не ложился спать и шел в ту деревню. Я призывал обидчика к ответу. «Эй, это ты избил такого-то и такого-то? Сколько раз ты его ударил? Ну-ка, иди сюда!» Так я сводил счеты. (183-250, 1988.11.02)

* * *

Когда я еще подростком предсказывал, что будет дождь, предсказание сбывалось. Когда я говорил, что в течение недели кто-то в селе умрет или что пожилая женщина из соседнего села скончается, так и происходило. Со мной было много подобных историй. (113-236, 1981.05.08)

* * *

Я был особенным подростком. Если я замирал и говорил: «Сегодня с таким-то человеком в городе не все в порядке, ему станет плохо», то так и случалось. Мне было все известно. С восьми лет я мог предсказать молодой паре, подходят ли они друг другу. Если при взгляде на фотографии предполагаемых супругов я видел, что у этой пары ничего не получится, то так и выходило в действительности. Этот брак распадался. (162-290, 1987.04.17)

* * *

7.4. Сочувствие и сострадание

Мальчишкой я кормил птиц и раскапывал для них роднички. Копая, я говорил птицам: «Прилетайте сюда за водой». Они прилетали и пили воду. Когда я подходил к ним, они не улетали. (173-027, 1988.02.01)

* * *

Думая, что рыбы могут жить в любой воде, я вырыл ямку, залил ее водой и запустил туда рыбку, но ночью она умерла. Я долго плакал, говоря: «Я хотел, чтобы тебе было хорошо. Почему же ты умерла»? Мне кажется, я очень эмоциональный человек. Глядя на рыбку, плывущую отдельно от остальных, я говорил: «Твоя мама, должно быть, плачет, потому что тебя нет с ней». (187-294, 1989.02.12)

* * *

Мой отец злился, когда люди убивали собак. Однажды люди из нашей деревни поймали мою любимую собаку. Они набросили петлю ей на шею и повесили ее. Бедная собака даже не поняла, что произошло. Обычно она радостно выбегала мне навстречу, виляя хвостом. Я безутешно плакал над задушенной собакой. Я понял, что собаки более достойны доверия, чем люди. (071-148, 1974.04.29)

* * *

Как-то в юности я встретил нищего, который, дрожа от зимнего холода, просил милостыню. После этого я не мог спокойно есть и спать. Я попросил родителей взять его домой и накормить. Наверное, Бог рассчитывал на то, чтобы использовать мои полезные качества. Я не мог спать, если знал, что в нашей деревне есть люди, умирающие от голода. Я говорил матери, что мы должны помочь этим людям. Тогда родители обычно спрашивали: «Ты хочешь накормить целую деревню?» Иногда я без спросу брал из дома рис и раздавал его бедным. (056-035, 1972.05.10)

* * *

Мы в семье занимались пчеловодством, у нас было около ста ульев. Во многих семьях нашей деревни не было масла для ламп. Я давал им пчелиный воск. Я был слишком мал и не знал, сколько это стоит. В конце концов мой отец узнал об этом, и я получил хороший нагоняй. (163-159, 1987.05.01)

* * *

Мои друзья — бедняки, жившие по соседству, обычно брали на обед вареный ячмень или просо. Видя, как скудна была их пища, я не мог есть свой рис. Я менялся с ними едой. Если кто-то из родителей моих друзей был болен и не мог пойти к врачу, так как у них не было денег, я со слезами на глазах упрашивал родителей дать им несколько монет. Если денег не давали, я заявлял, что продам что-нибудь из дома и все равно добуду их. (058-083, 1972,06.06)

* * *

Во времена японской оккупации Кореи я часто голодал. Я собирал у себя бедных студентов и кормил их. Продукты по моим пищевым талонам на месяц заканчивались через три дня. (155-316, 1965.11.01)

* * *

Некоторым студентам было материально трудно учиться. Я приостанавливал учебу на несколько месяцев и заботился о них вместо их родителей. (026-070, 19695.10.18)

* * *

Если шайка хулиганов притесняла беззащитных людей, я всегда дрался с этими задирами. Я боролся за справедливость. Чувство, которое возникает, когда тебя бьют, в основном и формирует жизненную философию человека (015-131, 1965.10.03)

* * *

[О столкновениях с японской полицией] Несколько раз меня избивали до полусмерти, и я харкал кровью. Но и под пытками я никогда не выдавал своих друзей. Я оставался верен им. Чтобы спасти их, я не щадил своей жизни. Я боролся в одиночку и был непоколебим даже под угрозой смерти. (023-135, 1969.05.18)

* * *

Я молчал даже во время самых ужасных пыток — когда меня избивали дубинкой. Вы должны хранить верность своим друзьям. Дав обещание, вы должны сдержать его любой ценой. Однажды ночью после пытки мне было так плохо, что я понял: никогда не забуду этот день. (033-116, 1970.08.09)

* * *

Люди могут лишить свободы мое тело, но никто не может заключить в тюрьму мое сердце и веру. Сколько бы они меня ни били, каждый их удар только укрепит мою связь с Богом и Божьей волей. Те моменты были для меня испытанием, способен ли я полюбить своих врагов. Мысленно я говорил им: «Как бы жестоко вы меня ни избивали, я не отвечу вам ненавистью». После продолжительных побоев меня рвало кровью, но я думал: «Меня били как представителя человечества. Я забуду эту боль. Отец Небесный, прости тех, кто меня бьет». Человек должен с честью пройти испытание, при котором его жизнь подвергается смертельной опасности. (027-074, 1969.11.23).

* * *

7.5. Формирование характера на основе жизненного опыта

В школьные годы я много путешествовал. В Корее практически нет ни одного уголка, где бы я ни побывал. Не обращая внимания на возражения водителя, я запрыгивал в грузовик. Я убеждал шофера, что с удовольствием устроюсь в кузове. В конце концов он сдавался и брал меня с собой — но взамен я должен был накормить его ужином. Обычно за ужином водитель так проникался моими рассказами и наблюдениями, что потом сам платил за ужин. Однажды на улице я разговорился с одной женщиной, которая несла обед своему мужу, работавшему на рисовых полях. Выслушав меня, она отдала мне еду своего супруга! (112-240, 1981.04.12)

* * *

В Корее я встречал на своем пути многих известных и прославленных пасторов. Я проверял их, насколько зрелым является каждый из них. И вот уже в начале беседы я с легкостью определял уровень их подготовки, а они не знали обо мне ничего. Возможно, в их глазах я был никто, но каждое слово, сказанное ими, я записал в своем отчете Небесам. (62-56, 1972.09.10)

* * *

Поначалу, я посещал подпольные церкви, так как не желал иметь ничего общего с христианами, которые, поправ свою веру, подчинились давлению и поклонялись синтоистским божествам. За три года до освобождения Кореи я начал общаться с прихожанами подпольных церквей. (211-142, 1990.12.30)

* * *

Я очень хорошо вяжу. Я связал себе свитер, носки, трико и рубашки. Я научился делать все необходимое, чтобы обходиться без женщины, и своим главным предназначением в жизни определил выполнение Божьей воли, далее если ради этого мне придется остаться холостяком. Я могу связать симпатичную шляпку. Я очень быстро вяжу перчатки. (50-296, 11.08)

* * *

В молодости я очень любил ходить в кино. Для таких, как я, кино было потрясающим событием, мне хотелось кричать от восторга. Я решил прекратить это безумие таким образом: я стал ходить в кино по пять раз в день, пока мне это не надоело до такой степени, что у меня навсегда пропало желание смотреть фильмы. (123-24-43, 1982.12.01)

* * *

В те дни в центре Сеула в Чонно-самга была улица красных фонарей. Я решил понаблюдать за происходящим там. Почему красивые женщины занимаются таким промыслом и как бы я поступил, если бы там оказалась моя сестра или дочь? Если бы одна из них оказалась моей сестрой или дочерью, что бы я тогда делал? Что бы чувствовал их брат или отец? Это серьезная проблема Я проводил целые ночи в разговорах с этими женщинами. (182-167, 1988.10.16)

* * *

Когда я жил в Хыксокдон (район Сеула), до центра города можно было доехать на поезде за 5 Джонов. Я проходил это расстояние пешком. На дорогу у меня уходило 45 минут, так как я шел очень быстро, другим же требовалось в два раза больше времени. Летом во время ходьбы моя школьная форма насквозь промокала от пота. Сэкономленные деньги я жертвовал беднякам, которым говорил так: «В своем сердце я чувствую желание дать вам тысячи или миллионы, чтобы вся страна была счастливой. Но я могy дать тебе лишь это от лица корейского народа. Я молюсь, чтобы эти деньги стали для тебя залогом счастья и удачи». (184-246, 1989.01.01)

* * *

Когда я жил в Норьянджине (район Сеула), я ходил в школу пешком, а сэкономленные 5 чонов я отдавал бедным. То же самое я делал и па обратном пути. Я ударял по стволам деревьев, которые росли по краям дороги, и приговаривал: «Оставайтесь живыми, пока я не добьюсь успеха. Растите вместе со мной». К сожалению, сейчас тех деревьев уже нет. (197-74, 1990.01.07)

* * *

Однажды, неся в школу деньги за обучение, я повстречал больного человека, который беспомощно лежал на дороге. Я отдал все, что у меня было, чтобы заплатить за его лечение. Но за учебу нужно было заплатить немедленно, и я никогда не забуду, что тогда пережил. Мне повезло, что у меня были замечательные друзья, которые помогли собрать нужную сумму. Этот и подобные случаи значительно обогатили мой жизненный опыт. (97-255, 1978.03.19)

* * *

К северу от Харбина есть место, куда я намеревался поехать по окончании учебы в Японии, чтобы работать в электрической компании. Почему? Я думал, что от рабочих я научусь русскому, китайскому и монгольскому языкам. Я планировал в будущем основать штаб-квартиру в Азии. (186-317-318, 1989.02.06)

* * *

Я старался всегда первым приходить на работу и уходить последним. Мне было не по себе, если кто-то другой приходил раньше меня. Я хотел быть лучшим, победителем. То же относится и к воле Бога. Если вы самым первым начали трудиться ради исполнения Божьей воли и продолжали свой труд на протяжении всей своей жизни, вы будете царем Небес. (99-45, 1978.08.27)

* * *

Один случай я запомнил навсегда. Это было в деловом районе Токио Гинза. Хотя на мне не было спецовки, я тянул за собой тележку среди толпы нарядно одетых прохожих. В тот момент я думал: «Посмотрим, ребята, расступитесь вы или нет». (37-37, 1970.12.22)

* * *

На причале стояла баржа судоходной компании Кавасаки, груженая каменным углем. Обычно для разгрузки ее нанимали бригаду из трех рабочих, которая трудилась три дня. Рабочий день длился до часу ночи. Наша бригада, состоявшая также из трех человек, завершила всю работу к часу ночи первого дня. (220-304, 1991.10.20)

* * *

В выходные я работал на заводе по производству удобрений в Кавасаки. Некоторые люди работали внутри емкости из-под серной кислоты, полной испарений. Их послали туда, чтобы переоборудовать систему. Невозможно было работать внутри емкости более пятнадцати минут. Вот в каких суровых условиях я работал. (15-181, 1965.10.09)

* * *

Обычно говорят, что для медитации нужно выбрать спокойное, красивое место, лучше всего — в горах. Я совершенно не согласен с этим. Я также не согласен с тем, что для учебы нужна тишина. Я выполнял учебные задания под рев двигателей и моторов мощностью в тысячу лошадиных сил. Я приучал себя добиваться отличных результатов при самых неблагоприятных обстоятельствах. (15-131, 1965.10.03)

* * *

Во времена японской оккупации я находился под постоянным наблюдением полиции. Обо всех моих поездках в Корею и обратно тут же докладывали по телефону, и у входа в порт я всегда сталкивался с агентами полиции. (34-289, 1970.09.13)

* * *

Мое имя попало в черный список, когда я был еще студентом. Во время японской оккупации меня несколько раз бросали в тюрьму. В Токио меня ежемесячно вызывали в полицейский участок, который находился неподалеку от университета Васеда (15-181, 1965.10.08)

* * *

В Японии нам выдавали пищевые купоны, и я приглашал своих друзей в ресторан, чтобы они посмотрели, сколько я могу съесть за один раз. Гуляя по улице Такаданобата, мы видели множество ресторанов у буддийского храма. Съев семь порций риса, я чувствовал, что не могу больше проглотить ни зернышка. От переедания желудок болел сильнее, чем от голода, и я чувствовал себя таким обессиленным, что не мог пошевелиться. Я всегда предпочитал ходить впроголодь. Постоянно размышляя о том, чем бы забить свой желудок, человек не в состоянии думать ни о стране, ни о Боге. Я считал, что должен любить свою страну сильнее, чем пищу. Такой была моя истинная вера. (15-183, 1965.11.02)

* * *

Возьмите за привычку есть два раза в день и делайте это в течение четырех лет. Так я жил 14 лет, пока мне не исполнилось 30. В то время не было ни дня, когда бы я не чувствовал себя голодным. Пропустить прием пищи с мыслью о том, что ты жертвуешь собой на благо мира, — великое дело. (185-111, 1989.01.03)

* * *

Я носил старую поношенную одежду, которую покупал в комиссионных магазинах. Я не помадил свои волосы, чтобы сохранить прическу, как это делали другие люди. Я не делал этого ни весной, ни летом. Идя по улице, я смотрел вниз, не поднимая взгляда выше, чем на 45 градусов. (15-181, 1961.07.17)

* * *

С какой совестью может человек, не выполнивший свой долг перед Небесами, пользоваться благами жизни? Это — убеждение всей моей жизни. Я постоянно думал об этом. Не отдав должное Богу, вы не сможете предстать перед ним. (37-35, 1970.12.22)

* * *

Несколько раз японские женщины тайком пробирались ко мне в постель, но я ни разу не согрешил с ними. (231-38, 1992.05.31)

* * *

Сдерживайте свои сексуальные желания. Половой орган не должен возбуждаться даже при виде очень красивых женщин. Научитесь владеть собой, не забывая при этом, что корпи Церкви Объединения уходят очень глубоко и что вы должны привиться к ним и стать, как я, здоровым деревом. Когда я был молод, я довольно легко переносил тюремное заключение. Я тренировал свою нервную систему, чтобы вынести жестокие пытки, которые сломили бы любого другого человека, если бы его подвергли такому допросу. (182-175, 1988.10.16)

* * *

Меня избивали до полусмерти, я истекал кровью. Меня пинали сапогами в живот. Двое держали меня, а другие двое — пинали и топтали меня. Представляете, что потом было с моим животом? Попытка сесть или встать в уборной оборачивалась для меня мучением. (17-298, 1967.02.15)

* * *

Меня обвиняли в том, что я якобы пообещал перерезать горло японскому императору. За это меня посадили в тюрьму и подвергли пыткам. Самым мучительным было, когда меня пинали в промежность остроносыми кожаными сапогами. Меня поймет лишь тот, кто хоть раз испытал эту боль. (63-219, 1972.10.14)

* * *

Однажды после 14 часового допроса с пытками я был в таком состоянии, что не мог проползти и двадцати метров. Мучаясь от боли и временами теряя сознание, я тем не менее ни разу не изменил своей вере. (33-116, 1970.08.09)

* * *

Мне было двадцать лет, когда я дал обет Богу спасти свою страну. Я знал, что, как представитель своей страны, я люблю Бога сильнее, чем японский народ — своего императора. Это давало мне уверенность в том, что в конце концов японцы проиграют. Сторона выступившая против правого дела, обречена на позорное поражение. (33-116, 1970.08.09)

* * *

7.6. Годы учебы преподобного Муна

В десять лет в деревенской школе я должен был заучивать наизусть по странице в день. Постаравшись, я справлялся с этим за тридцать минут. Главное — отчитаться перед учителем. Я мог сделать за полчаса столько, сколько другие ученики за целый день. В конце дня, когда учитель отправлялся подремать, я уходил играть в горы. (204-250, 1990.07.11)

* * *

В нашей деревенской школе учитель обычно задавая нам учить отрывки из произведений Конфуция или Менцзы. Утром ученики должны были прочесть наизусть отрывок, заданный накануне. За ошибки нас били палкой. Я до сих пор помню, как били меня. (101-168, 1978.10.29)

* * *

Раньше перед поступлением в школу ученики посещали подготовительные классы, аналогичные тем, которые сейчас в Сеуле посещают старшеклассники перед поступлением в университет. В то время я, решив пойти в государственную школу, должен был сначала пройти подготовительный класс. (171-258, 1988.01.02)

* * *

Хотя мои родители заплатили вперед за год моего обучения в деревенской школе, я захотел перейти в школу получше. Я уговорил родителей, двоюродного брата, бабушку и дедушку. Я первый в.нашей семье начал учиться в школе нового типа с преподаванием западных предметов. Такое решение было революционным в нашей семье. Я понимал, что нам нельзя ограничиваться словами Конфуция, в то время как в других странах строят самолеты. (203-279, 1990.06.27)

* * *

Я очень амбициозен. Я решил получить три докторские степени в течение своей жизни. Однако, как мне кажется сейчас, это был бы для меня слишком легкий путь. Теперь у меня есть много почетных докторских степеней, которые присвоены мне из уважения. (25-162, 1969.10.03)

* * *

После подготовительного класса я поступил в начальную школу, которая называлась «школа Осан». По результатам тестирования меня определили сразу в третий класс. Я учился там год и занимался очень прилежно. Я занимался изо всех сил, и мои отметки были так высоки, что на следующий год, минуя четвертый, меня перевели сразу в пятый класс. (211-133, 1990.12.30)

* * *

Ежедневно я шел пешком 8 километров до начальной школы. Если дети, живущие по пути в школу, шли вместе со мной, они никогда не опаздывали. Я был для них как часы. Они поджидали меня на каждом углу. Я ходил очень быстро и мог пройти 8 километров за 45 минут. Дети с трудом поспевали за мной. (133-155, 1984.07.10)

* * *

В начальной школе Осан ученикам запрещалось разговаривать по-японски. Как известно, школа была основана господином Ли Сен Хуном, одним из 33 патриотов, которые восстали против японцев (они провозгласили Корею независимой 1 марта 1919 года). Отрицательное отношение к японскому колониализму было школьной традицией. Именно поэтому ученикам запрещалось разговаривать на японском языке.

Я должен был изучить врага своей страны. Не зная противника, невозможно разработать хорошую стратегию, чтобы одержать над ним победу. И вот я прошел еще одно тестирование для поступления в начальную школу Чонджу, которая в то время была государственной школой. Я научился свободно говорить по-японски, чтобы успешно окончить школу. Уже тогда я задумывался об основополагающих вопросах жизни, в том числе и о жизни в вере.

В школе я изучал японский язык. Я помню, как учил японский алфавит — Катакана и Хирагана, словно это было вчера. За одну ночь я выучил алфавит, затем за 15 дней я выучил наизусть все необходимые японские тексты. После этого я начал понимать японскую речь. (171-258, 1988.01.02)

* * *

Мою первую работу по каллиграфии учитель вывесил на стену. Хотя я не изучал правил, я правильно поделил пространство на три части. Я просто угадал, какую часть поля бумаги мне нужно было заполнить. Я все тщательно замерил и пропорционально разместил иероглифы в нужном месте. (137-241, 1986.01.03)

* * *

В школьных тетрадях я начинал писать не с первой строки, а с самого верха страницы. Иногда я использовал страницу дважды. И тогда от тетрадки было в два раза больше пользы. Люди должны бережно относиться к вещам. (31-260, 1970.06.04)

* * *

Я наблюдал за поведением директора начальной школы и делал выводы о том, как нужно жить. Словно это было вчера, я помню, как учился при свете маленькой керосиновой лампы. Вы знаете, что это такое? Когда мои занятия затягивались до двух или трех часов ночи, родители говорили, что недосыпанием я испорчу свое здоровье. Я учился с большим усердием. Летом я подружился с ночными жучками. (100-161, 1978.10.09)

* * *

Я прекрасно помню день окончания начальной школы Чонджу. На выпускной собрались родители, учителя и влиятельные люди Чонджу. За выступлением директора школы последовали поздравления гостей. Потом я попросил слова и поднялся на сцену. Я начал обличать японский колониализм. Я помню это до сих пор, будто это было вчера (211-134, 1990.12.30)

* * *

В день окончания начальной школы я произнес большую речь в присутствии начальника полиции и окружных магистратов. Я сказал: «Вы, японцы, должны собрать свои вещи и уехать в свою страну». Меня вызвали к начальнику полиции, с которым я долго спорил. Я сказал, что нельзя молчать при виде несправедливости. С тех пор я прослыл нарушителем порядка. (63-238, 1972.10.14)

* * *

Впервые оказавшись в Сеуле, я заметил, что все вокруг было совершенно другим. Чонджу был глубокой провинцией. Прожив всю жизнь в деревне, я чувствовал, как сильно жизнь там отличалась от жизни в Сеуле. Столица показалась мне огромной. Помню, как я пытался освоиться в новом окружении. (187-301, 1989.02.12)

* * *

В средней школе я чаще всех занимался уборкой. Я изо всех сил старался доказать свою любовь к школе. Я хотел, чтобы в школе было чисто, как дома. При этом я не нуждался ни в чьей помощи. (133-182, 1984.07.10)

* * *

В студенческие годы я сам вел свое хозяйство. Не потому, что у меня не хватало денег, а потому, что мне хотелось понять, как трудятся женщины. Готовя еду, я никогда не использовал затхлую воду. Даже в самые сильные морозы я ходил за свежей водой. Часто бывало, что руки немели в ледяной воде, в которой я мыл рис. (153-312, 1964.03.26)

* * *

Я не привык к разнообразию в еде, да мне много и не нужно. Мне нравится простая, незатейливая и вкусная пища. Обычно я довольствуюсь одним блюдом. Мне этого достаточно. (45-260, 1971.07.04)

* * *

Я всегда считал, что человек, ничего не сделавший для своей страны, не заслуживает того, чтобы питаться трижды в день. Я часто голодал. Мое желание увидеть Корею свободной было не меньше, чем желание насытиться. Я сказал себе, что родина для меня должна быть дороже, чем пища. Я не обедал, пока жил в Сеуле, и поступал так не потому, что у меня не было денег. Если в моем кармане заводились деньги, я тут же раздавал их беднякам. (49-74, 1971.10.03)

* * *

В свой день рождения я устраивал пост. Как можно было праздновать этот день, если я не одержал ни одной победы на уровнях личности, семьи, страны и мира? Грешники должны выполнить свой долг перед Богом, только после этого они вправе праздновать день своего рождения. Вот так я жил. (93-278, 1977.06.11)

* * *

Посреди реки Хан есть остров Чонджи. Я помню, как плакал, глядя на реку. Я обращался к реке: «Сильна ли твоя любовь к этой стране? Твои воды должны нести стране жизнь, как материнское молоко. Иначе мне придется делать это за тебя». Именно так рассуждая я тогда, идя по мосту через реку. (197-74, 1990.01.07)

* * *

Я работал учителем в воскресной школе, и дети воистину были моим сокровищем. Никто так не любил их, как я. Дети также были от меня без ума. Вместо того чтобы сидеть в школе, они бежали за мной. (60-201, 1972.08.17)

* * *

Мне хорошо известно прошлое таких людей, как преподобный Пак Че Бон и преподобный Ли Хо Бин. Хотя я знаю все их секреты, я никогда не говорил о них ничего плохого. У них также есть последователи. Пасторы тех церквей и их последователи встретились, поскольку так было суждено. Их встреча была предопределена Богом. Итак, вмешиваясь в Божественное провидение и перекладывая часть Божьих трудов на свои плечи, человек должен взять на себя ответственность за жизнь людей, в судьбу которых он вмешался. Где сеяли, там и урожай собирать. (33-130, 1970.08.11)

* * *

Однажды я сделал запись в своем дневнике. Она заняла страниц тридцать, почти до конца тетради. Я писал о том, как сильно я переживаю за все, что происходит у меня на родине. Впоследствии эти записи использовала японская полиция как улики против меня. В дневнике также упоминались имена некоторых людей, и все они были арестованы и брошены в тюрьму за соучастие. С тех пор я никогда не вел дневников. У меня не было с собой даже маленькой записной книжки. Всю важную информацию я хранил в своей памяти. (139-284, 1986.01.31)

* * *

Я жег свои дневники со слезами на глазах. Ведь в будущем эти записи, как историческое свидетельство, могли бы помочь молодежи, страдающей под иностранным игом, обрести путь к освобождению своей страны, а я вынужден все это сжечь. Меня душили слезы. Я пытался найти путь к спасению людей своей страны, мира и Бога. (197-164, 1990.01.13)

* * *

Я отправился в Японию на поезде с сеульского вокзала. В то время железнодорожный путь, соединяющий Сеул и Пусан, назывался Хикари. Я решил, что ни за что не вернусь в Сеул жалким неудачником. Бог — на стороне тех, кто страстно любит свою родину и жаждет спасти ее. Я вернусь полный надежды. (197-75, 1990.01.07)

* * *

По дороге из Сеула в Пусан я рассуждал: «Чему я должен научиться в Японии? Мне предстоит стать первопроходцем для своих молодых сограждан, чтобы корейцы могли заявить о себе миру и впоследствии создать независимую страну». Я безутешно плакал, когда, отправившись со станции Ёнсан, наш поезд ехал по мосту через реку Хан. (199-185, 1990.02.16)

* * *

Покидая страну, я чувствовал, что оставляю ее сиротой. Завернувшись в пальто, я плакал всю дорогу от Сеула до Пусана. Какая-то японка подошла ко мне и спросила: «У тебя умер кто-то из родителей? У каждого в жизни случается такое горе». Но тогда я печалился о покинутой родине, которую глубоко любил. (39-62, 1971.01.)

* * *

Мне никогда не забыть, как первого апреля 1941 года в два часа утра я молился в порту Пусана, перед тем как отправиться на учебу в Японию. В молитве я обещал, обращаясь к своей стране: «Хоть я и покидаю тебя сейчас, моя любовь к тебе станет только крепче. Я буду еще больше плакать о тебе». (22-123, 1969.02.02)

* * *

Мои слезы высохли, как только я ступил на землю врага. Я так никогда и не побывал в достопримечательных местах Японии. Я считал, что не имею права наслаждаться жизнью вдали от родины, которую у меня отняли. (154-163, 1964.06.12)

* * *

Я изучал электротехнику и точные науки. У меня была твердая цель. Мой интерес к точным наукам, и особенно к электричеству, объяснялся тем, что я хотел овладеть техникой математического расчета для составления сложных проектов. Мне нужно было научиться принимать быстрые и точные решения. Электрическое поле незримо, и это роднит его с религией. В любом природном явлении наблюдается действие электричества (120-316, 1982.10.20)

* * *

Во время учебы в Токио я любил прогуливаться по городу. В Токио нет такого места, которое бы я не посетил. Я составлял в уме план. Я размышлял: «Через несколько лет современные молодые люди Японии обязательно станут влиятельными людьми». Мне нравилось изучать характеры разных людей — от учителей до рабочих. Я часто гулял по задворкам Токио. Любя Корею, я чувствовал себя несчастным вдали от родины. Я обращался к природе, деревьям и скалам Японии: «Вы находитесь на территории врага, познайте, что мы принадлежите Богу». (15-87, 1965.09.29)

* * *

Когда я заканчивал курс обучения, Япония активно участвовала во Второй мировой войне. Я закончил учебу на один семестр раньше — в сентябре 1943. (51-147, 1971.11.21)

* * *

Я приехал на Токийский вокзал и уже собирался внезапно почувствовал, что мои ноги словно окаменели. Если бы я успел на корабль по расписанию, мы с вами не беседовали бы сейчас здесь. Тогда меня остановили Небеса. Я не сообщил домой, что прибуду позже. Мы с друзьями ходили в горы. Стояла осень. Несколько дней мы совершали восхождение на гору Фудзи. Вернувшись домой в Корею на неделю позже, чем предполагалось, я застал свою семью в полном отчаянии. (105-238, 1979.10.26)

* * *

Они знали, когда, в какое время и на каком корабле я должен прибыть. Но я не появился дома в срок. Корабль, на котором я должен был приплыть, потерпел крушение, и большинство его пассажиров погибли. Не удивительно, что мои родные горевали. (51-242, 1971.11.28)

* * *

Расстояние от моего дома до города Чонджу было примерно восемь километров. Чтобы сесть на поезд, идущий до Пусана, моя мать пробежала босая восемь километров. Не в состоянии думать, она забыла про обувь и оделась кое-как. До нее донеслись слухи, что я погиб. Она прибежала в Чонджу босиком и села на поезд до Пусана. В морской комендатуре Пусана она проверила списки погибших, но моего имени там не было. Она так и не разузнала, что со мной произошло. Более всего она боялась, что ее сын, возможно, погиб. Она сильно занозила ногу, но заметила это, только когда рана загноилась.

Десять дней спустя я вернулся домой. Когда я услышал всю историю, особенно о том, что случилось с матерью, я почувствовал себя виноватым. Покидая Японию, я думал: «Через двадцать лет я обязательно вернусь. Мы снова встретимся. Я еще не расквитался с японским императором за страдания моей родины. Но придет время, и тогда я буду наставлять и учить молодежь Японии». (45-136, 1971.06.24)

* * *

Я вернулся в Японию через двадцать лет. Более всего я хотел знать, сколько молодых японцев стали членами нашей Церкви. Оказалось — около пятисот, и все они были из очень хороших семей. Я спросил, каковы их планы на будущее. Они сказали, что готовы сделать для меня все. Это было поразительно! Они желали успеха Церкви Объединения и мне. (34-353, 1970.09.20)

* * *

7.7. Раздумья о жизни и духовная встреча с Иисусом

С самого детства я отчаянно пытался найти ответы на основополагающие вопросы жизни. Кто я? Откуда я появился? Какова цель моей жизни? Есть ли жизнь после смерти? Есть ли Бог? Всемогущ ли Он? Если Бог всесилен, почему Он не может разрешить накопившиеся в мире проблемы? Почему на земле так много горя и страданий? (102-288, 1979.01)

* * *

Оглянувшись на свое прошлое, я вспоминаю, каким серьёзным я был. Был момент, когда мне нужно было решить, как жить дальше. Но, несмотря на колебания, я знал, судьба моя определена не человеческим разумом. Я понял, что сам должен принять решение согласно Божьей воле. Я хорошо помню мучительные моменты сомнений, когда я начал жизнь в вере. (241-135, 1992.12.20)

* * *

В шестнадцать лет (по западному летоисчислению — пятнадцать) я пережил необычайное событие. После долгих часов слёзной молитвы утром в день Пасхи ко мне в духовном облике явился Иисус, который сообщил мне много откровений и учил меня. Он рассказал мне много удивительных и потрясающих вещей, в частности о том, что Бог, мучаясь при виде страдающего человечества, попросил меня взяться за выполнение особой миссии на Земле. (134-145, 1985.01.02)

* * *

Трудно описать, какие чувства охватили меня, юношу, когда мне открылся духовный мир и я смог свободно общаться со святыми потустороннего мира. В мирных горах Северной Кореи я встретился с Иисусом Христом и беседовал с ним. Темы нашего разговора легли в основу Принципа Объединения. (120-119, 1982.10.05)

* * *

Встречает ли вас Иисус счастливой улыбкой, когда он духовно является вам? Удалось ли вам хоть раз встретиться с Иисусом? При моих встречах с ним Иисус ни разу не выглядел счастливым. Он всегда был серьёзным и печальным. Слишком хорошо зная, в каком положении оказался Бог, он не может испытывать других чувств. Мои чувства аналогичны. (97-174, 1978.03.15)

* * *

Когда я вступил на этот путь, я был гораздо моложе вас — мне не было и двадцати лет и я был простым и невинным юношей. Я хотел иметь красивые вещи, я сгорал от любопытства знать обо всем, что происходит в нашей деревне. Но после того как в очень юном возрасте на меня была возложена ответственная миссия, я открыл в себе желание любыми путями выполнить эту великую и трудную миссию. Я мучительно осознавал всю серьезность моей ответственности и необходимость приобрести нужные для этого качества. (156-106, 1966.01.09)

* * *

Еще юношей я вступил на путь восстановления. Я не знал, смогу ли я выполнить великую миссию, доверенную мне Иисусом, но очень хорошо понимал, как сильно стремились такие люди, как Ной, Авраам и Моисей, выполнить миссию, которую доверил им Бог. (16-142, 1966.01.09)

* * *

Даже в страданиях мудрецы хранят в сердце надежду на будущее. Глупцы, не задумываясь, променяют свое будущее на сиюминутное удовольствие. Неужели вы думаете, что я не учитывал этого, когда принимал окончательное решение? Молодость дается один раз. Какой путь я избрал? Я избрал путь мудреца. (105-180, 1979.10.21)

* * *

Бог доверил мне миссию согласно Своему плану. Почему? Спросите это у Самого Бога. Одно я хорошо знаю: эта миссия была поручена мне. (87-286, 1976)

* * *

Пройдя путем бесчисленных страданий и оставив позади множество нерешенных проблем, Бог постучал в мою дверь, когда я был еще совсем мальчишкой. Именно тогда я вступил на путь Божьей воли. (120-281, 1982.10.17)

* * *

Я начал свой путь не потому, что вдохновился речами какого-нибудь уличного проповедника или проповедями священника в церкви. Никто мне не свидетельствовал. Что послужило началом моего пути? Бог. (20-315, 1968.07.14)

* * *

В начале своего пути я задавался вопросом: «Существует ли Бог?» Я начал свой путь лишь после того, как получил ясный ответ, что Бог в действительности существует. Потом я понял, что у Бога были свои ожидания. Я спросил Его: «Есть ли у Тебя надежда, Боже?» Затем я добавил: «Нужен ли я Тебе?» В ответ я услышал: «Да». Тогда я спросил: «Сколь сильно я тебе нужен?» (13-201, 1964.03.15)

* * *

В юношеские годы я сильно страдал, оттого что не мог найти ответа на многие вопросы относительно моей жизни в вере. Я знал, что когда-нибудь мне предстоит отправиться в Японию и в Америку. Мне хотелось испытать на себе всю тяжесть гонений и дискриминации в роли представителя небольшой религиозной группы. Что вам необходимо знать о Боге? Вы должны четко знать внутреннюю ситуацию Бога и Его цели. Для этого я изучал священные писания многих религий, и Библия в их числе. (199-214, 1990.02.17)

* * *

Я узнал Бога, имея за плечами опыт шестнадцатилетнего подростка. В течение девяти лет после первой встречи я жил с постоянным ощущением присутствия Бога и Иисуса Очень часто я соприкасался с духовным миром. Постепенно Бог открыл мне потрясающую истину. Словно закончилась непроглядная ночь и наконец солнце показалось над горизонтом. Я увидел первый луч, возвещавший возникновение новой великолепной культуры. Откровение, полученное мною тогда, легло в основу книги «Божественный Принцип». Бог повелел мне познакомить с «Божественным Принципом» всех людей Земли. (102-288, 1979.01)

* * *

Молитесь, пока на коленях у вас не образуются мозоли, а спина ваша не согнется дугой. На моих коленях до сих пор остались следы от молитв прошлых лет. Молитесь в слезах, стоя на жестком деревянном полу. Во время молитвы я обычно очень много плачу. (25-334, 1969.10.12)

* * *

Зная, сколь бесконечен поток душ, гибнущих в отчаянии, я молился и плакал, захлебываясь слезами. За пеленой своих слез я не видел даже солнечного света. Вот каким был мой путь. (143-331, 1986.03.21)

* * *

В расцвете молодости я подолгу молился в слезах — обычно не менее двенадцати часов в день, а бывало, что и по семнадцать — восемнадцать часов. Обед я чаще всего пропускал. Я не мог жить иначе. Казалось, все двери закрыты и нет выхода. Только благодаря упорной молитве я смог увидеть едва заметный лучик надежды, пробивающийся сквозь узкий просвет в тучах. Испытав страдания и боль, я пришел к глубокому пониманию Божественного Принципа (199-190, 1990.02.16)

* * *

Существует высказывание: «Не упадет башня, возведенная на фундаменте искренности». Вы должны выполнить во имя Бога весомые условия искупления, ваше сердце должно тосковать от любви к нему. Если бы Бог мог прийти к нам, Он сделал бы это уже тысячи раз. Не имея физического тела, Бог послал вам меня вместо Себя. Исходя из этого положения и моей цели пребывания здесь, вы не можете не чувствовать привязанности ко мне. Чем объясняются ваши чувства по отношению к своему учителю? Когда я молюсь, от этих слез даже моя зимняя одежда промокает насквозь. Вам нужно принять во внимание, как тяжело должно быть на сердце у человека в моем положении. В подтверждение серьезности своих намерений, сжав в руке нож, я давал клятву Богу, что готов ради Него пожертвовать любой частью своего тела. (60-213, 1972.08.17)

* * *

7.8. Как Бог воспитывал преподобного Муна

Какие бы страдания ни выпадали мне на пути, я не мог жаловаться Богу, так как прекрасно понимал, что Его страдания несоизмеримы с моими. Каким бы тяжелым ни был мой очередной крест, сколько бы крестов мне ни пришлось нести, я укреплялся духом и сравнительно легко преодолевал испытания в тяжелейших условиях, помня, какие муки выпали на долю Бога. Я не должен подрывать жизненные силы своих последователей, — напротив, я должен быть источником их вдохновения и энергии. Таков Божий путь. Именно этому учил меня Бог, а я учу вас. Как и Бог,

Который был всегда со мной, готовый пожертвовать многим ради меня, я хочу быть для вас опорой и родителем, дающим вам силы и вдохновение. Ради этого я тружусь не покладая рук. (043-262, 1971.05.01)

* * *

Как члены Церкви Объединения, вы обязаны выработать иную религиозную концепцию, которая отличалась бы от ваших прежних представлений, когда вы в прошлом посещали ту или иную церковь. Ваше прошлое понимание веры бесплодно, я не хочу, чтобы вы сохранили его в памяти. Желающим присоединиться к Церкви Объединения ради собственной выгоды не стоит попусту тратить время. Мы приходим в Церковь Объединения для блага нации. Я в это верю. Моя цель не в том, чтобы вы полюбили меня. В первую очередь полюбите Бога и человечество. Лишь после этого, если хотите, можете любить меня. Вот в чем суть учения Церкви Объединения. У нас нет иного пути. Меня самого так учили. (049-305, 1971.10.17)

* * *

Достигая нового уровня, я перестаю соблюдать некоторые условия, например, я больше не сплю, поджав ноги. Я имел обыкновение спать в молитвенной позе, свесив голову к скрещенным ногам. Даже сейчас, просыпаясь утром, я каждый раз чувствую себя виноватым перед Богом, Который работает, в то время как я сплю. Всю жизнь я избегал комфорта. Можно ли приблизиться к Богу, живя в свое удовольствие? Подумайте сами. Вот как я жил до сих пор. (050-284, 1971.11.08)

* * *

Если бы весь корейский народ начал смеяться надо мной, я все равно знал бы, что Бог любит меня, что Он не оставил меня, напротив, Он сопереживает моим невзгодам. Сострадание всего корейского народа — ничто в сравнении с Его состраданием. Даже в тюремных застенках я не опускался до жалости к себе. Осмеянный, в цепях, я неизменно думал: «Давайте, смейтесь надо мной! Я иду этим путем, так как только так могу чему-то научиться». Так я рассуждал, одновременно постигая очень многое даже в самых мучительных обстоятельствах. (051-245, 1971.11.28)

* * *

Даже располагая большими деньгами, я никогда не помышлял о том, чтобы построить красивый дом для собственного удовольствия. Однако я готов потратить все свои деньги на нужды других и ради этого готов даже влезть в долги. Почему? Я — глава Церкви Объединения, и мой долг состоит в том, чтобы по крайней мере заплатить искупление ради исполнения воли Бога, любящего мир. Иначе я не создам основы для воспитания будущих поколений. Чувствуя свою ответственность за создание основы и теории воспитания, я не имею права грустить, если мне грустно, я не имею права обижаться, если со мной обошлись несправедливо. Я выполнил свою миссию первопроходца. (032-274, 1971.07.19)

* * *

Отныне мой образ жизни ляжет в основу традиции, которую вы должны перенять и продолжать до конца жизни. Вы откроете в себе постоянную потребность пополнять свое образование и обновлять свой разум и дух. (043-347, 1971.05.03)

* * *

7.9. Как преподобный Мун воспитывал свою семью

Первые семь лет нашего брака я посвятил воспитанию своей жены. Я обучал ее небесным законам и традициям и одновременно молился за нее о том, чтобы она успешно восстановила положение дочери Бога и жены, которые были утрачены в результате грехопадения, а также позицию Истинной Матери. Она должна была восстановить все три позиции от лица всего человечества Восстановление — это судьбоносный путь для падшего человечества. (022-206, 1969.02.04)

* * *

Я учил свою жену, что, воспитывая наших многочисленных детей, она не должна показывать им слез, как бы тяжело ей ни приходилось порой. Каких бы бед ни натворили дети, но если они пришли к матери со слезами на глазах и просят ее прощения, не держите на них зла, встретьте их счастливой улыбкой. Если это вам не под силу, вы недостойны быть воспитателями своих детей. (023-182, 1969.05.18)

* * *

Воспитывая Истинную Мать, я не рассказывал ей о сказочной Небесной стране, в которой ей лично было бы приятно жить. Как муж, я не пытался быть для нее источником личного счастья. Я никогда не требовал от нее, как от жены, чтобы она стала источником счастья лишь лично для меня. Я хотел, чтобы она стала матерью, угодной Богу и почитаемой людьми. Я советовал ей быть скромной в отношениях с людьми, чья вера более крепка, чем у нее, кем бы они ни были, когда бы — днем или ночью – ни приходили к нам. (033-100, 1970.08.09)

* * *

Я потратил очень много денег на религиозную деятельность, более, чем кто либо в Корее. Как по-вашему, правильно ли я поступаю, даже если мне приходится из-за этого голодать? Правильно ли будет, если я умру от голода? Если ваш ответ «нет», то помогите мне. Все дела Божьего сына носят глобальный характер. Когда Сон-Джин отправился в Японию, я сказал ему: «Составь список того, что можно и чего нельзя делать. Ты не японец и должен вести себя достойно». Он должен думать прежде всего о церкви, потом о стране, об отце и в последнюю очередь об отношениях с противоположным полом. (034-197, 1970.09.06)

* * *

Я знал, как сильно любит меня моя мать. По моему выражению лица она всегда угадывала, что я чувствую. Но я не прощал ей её промахи. Ей было действительно трудно со мной. С человеческой точки зрения, мои действия никак не увязывались с понятием о сыновней почтительности. Однако с точки зрения Бога я поступал правильно. В своей матери я хотел видеть эталон небесных достоинств при полном соблюдении Божьих законов. Иначе не могло и быть. Приступая к проповеднической деятельности, я не упускал мать из виду, но давал ей наставления, когда мы оставались одни. Я должен был воспитывать её, несмотря на то, что она была моей матерью. Что означает быть почтительным сыном: «Мама, сделай что-нибудь, спаси меня»? Таким ли должен быть почтительный сын? С подобным отношением я бы никогда не стал основателем Церкви Объединения. (038-265, 1971.01.08)

* * *

Ваши жёны — это священные плоды истории провидения. Благодарите Бога за то, что вам посчастливилось встретить свою жену. Другое дело — я. Я должен был воспитать свою жену, чтобы она стала Истинной Матерью. По возрасту моя жена годится мне в дочери. Поначалу мне было нелегко относиться к ней как к жене, а не к дочери. Сами подумайте. Если бы она была ближе ко мне по возрасту, я называл бы её по имени, добавляя «омма» (по-корейски — мама) без особого груда. Но я решил, что буду называть её просто «омма».

Вы любите свою жену, но этого мало. Я объясняю своей жене, что мы не должны быть в долгу перед Богом. Иначе наши дети повернутся против нас и уйдут к сатане. Если мы чисты перед Богом, наши дети естественно будут послушны нам. Пока мы следуем небесным путём, сатана не сможет помешать нам. (068-157, 1973.07.29)

* * *

Изначально безгрешные ангелы должны были создать защитную стену вокруг растущей семьи Адама. Мой страдальческий путь имел целью воспитать архангелов, абсолютно верных Богy и готовых с благодарными слезами пожертвовать собой тысячу, десятки тысяч раз на благо моих детей. Я посвятил этому всю свою жизнь. Ваши семьи должны быть едины с моей семьёй. Это — ваш долг. Такую традицию я передал 36 благословлённым парам. В ответ они должны были воспитать моих детей и создать для них защитный заслон. (120-325, 1982.10.20)

* * *

Я никогда не имел возможности заниматься воспитанием своих детей, у меня не было времени беседовать с ними по душам. Всё своё время я отдавал членам Церкви Объединения. Несмотря на это, я абсолютно уверен, что мои дети сами найдут верный путь даже ценой многочисленных ошибок. Каким образом? Таков Божий путь: река, текущая в долине, всегда находит путь к океану. Пока мои дети еще малы, они могут пойти на север, в то время как я направляюсь к югу. Однако придет время, они повзрослеют и начнут прокладывать свой собственный путь и устремятся к океану, следуя примеру своего Отца. Я в это верю. Вот почему я не бегаю за ними, не пытаюсь их отыскать. Я жду, когда они сами придут ко мне. Я просто жду. (127-290, 1983.05.15)

* * *

Когда Сон Джин встретился со мной после 7 лет разлуки, я не пошел к нему с распростертыми объятиями. Как же можно, чтобы человек был так холоден по отношению к собственному сыну, которого он не видел много лет, если даже свиньи и собаки радуются при виде своих малышей? Но я должен быть тверже, чем сталь, бессердечным и бесчувственным человеком. Я хотел, чтобы моя жена и мать Сон Джина сказала ему: «Много страданий выпало на твою долю. Ради Божьей воли тебе пришлось столкнуться с непониманием и незаслуженным презрением. Тебе, должно быть, было невыносимо трудно. Я тоже много пережила, но мои страдания не идут в сравнение с твоими страданиями. Меня не преследовали, и никто не противостоял мне, но многие преследовали тебя и стояли на твоем пути... Я рада, что ты смог выстоять, несмотря ни на что». Я также хотел, чтобы она сказала нашему сыну: «Смотри, вот твой легендарный отец, о котором я тебе так часто рассказывала. Поздоровайся с ним». Вот что я ждал от своей жены. Вот каким я хотел видеть своего сына. (127-298, 1983.05.15)

* * *

Я проливал слезы о членах Церкви Объединения и за будущее нашей Церкви. Я много беседовал с братьями и сестрами, наставляя их, но у меня не находилось даже часа, чтобы поговорить по душам с моими собственными детьми. Как родитель, я чувствую свою вину перед ними. Тем не менее я верю, что как учитель я служил им хорошим примером самопожертвования ради высшей цели. Если бы я вел себя иначе, я был бы не прав. Бог мне судья. (145-240, 1986.05.11)

* * *

Каков путь благословленных супругов? Не будет сплоченности в семьях, живущих лишь ради собственного блага. Человек создает семью не для того, чтобы жить для нее. Я до сих пор продолжаю воспитывать свою жену. Я учу ее, что наша семья должна жить не ради себя, а ради нации, ради возложенной на нас обязанности по восстановлению Вселенной. Проснувшись утром, мы должны в слезах давать обет, что мы достигнем своей цели и преодолеем любые препятствия на своем пути. Я считаю, что именно таким должен быть результат нашей деятельности на пути искупления, который мы должны оставить своим потомкам. Как родитель, я твердо верю в это. (157-308, 1967.10.16)

* * *

Я воспитываю свою жену дома. Но, даже очень сильно разозлившись, максимум через полчаса, а иногда через три минуты, я все ей прощаю. Я постоянно твержу своей жене, что дети никогда не должны видеть ее слез. Я очень тверд в таких вещах, так как долго воспитывал себя. Не будьте злопамятны: чем дольше вы таите зло, тем мрачнее становится ваша жизнь. Разобравшись с затянувшейся проблемой, отложите ее в сторону. Повседневная жизнь в моей семье оказывает сильное влияние на всех, кто поддерживает близкие отношения с нами. Мы с женой должны ежедневно поддерживать равновесие в отношениях. Нам нельзя демонстрировать друг другу недовольство. Ведя себя подобным образом, я действовал бы во вред себе. (158-233, 1967.12.27)

* * *

Я учу свою жену: «Будь абсолютно послушна. Ты занимаешь положение Евы. Если твое сердце ноет от боли, ты должна забыть об этом. Если боль становится невыносимой, закуси губы». Однако, когда она меня не видит, когда никто меня не видит, я молюсь в слезах о том, чтобы ее сердце утешилось. Моя философия такова: «Ты всегда должна идти за мной, отставая на один шаг. Отстав от меня на два шага, ты потерпишь поражение. Чтобы решить все проблемы мира, я должен взвалить себе на плечи и нести тяжкий крест грехов мира. Ты должна следовать за мной как тень». Вот чему я учу свою жену. (234-084, 1992,08.04)

* * *

Не вся моя любовь достается моим детям и не в первую очередь. Даже при необходимости пожертвовать троими из них я должен продолжать путь, который указал мне Бог. Не вооружившись решимостью, я не привьюсь к Богу. Центральные личности для ваших детей — мои дети. Учите ли вы этому своих детей? Вы должны воспитывать их в Божьей воле, чтобы они могли стать такими, как я. Не теряйте решимости, даже если наша жизнь находится под угрозой. (252-182, 1993.12.29)

* * *

 



Наверх