2010

Церемония посвящения Храма Чхонбоккун


Дата произнесения: 2010-02-20

Было бы хорошо сегодня пригласить Мать и попросить ее сказать несколько слов. Сегодня я должен похвалить ее за усердный труд. В семье именно на долю женщины выпадают самые сложные задачи. Вы, благородные хозяйки, служите своим мужьям. Итак, что вы скажете на это? Как много на свете неприятных мужей! Я видел так много мужей, которые были хуже, чем сатана, при виде которых даже сатана мог испугаться.

Служение Богу нельзя выразить в словах, поскольку нет слов, чтобы выразить это положение.

Хорошо, о чем мне тогда говорить? Должен ли я передать вам слова Отца или слова Матери? Что лучше: передать слова жены, сына или внука? При всем своем желании вы не услышите ничего лучше этих слов.

Бог уникален и неповторим! С раннего детства я знал, что корейский народ служит Хананиму, Который более удивителен и велик, чем кто-либо. Хотя я никого тогда не увидел, я почувствовал чьи-то нежные прикосновения и объятия. Хотя казалось, что никого рядом не было, я почувствовал прикосновение к своей руке. Я никого не видел рядом, но прикосновение было очень реальным. Эта история напоминает сон, и даже если я начну рассказывать, вы ничего не поймете. Даже если я буду говорить об этом 10 000 лет, эти слова все равно глубже 10 000 лет и вам по-прежнему будет трудно понять и применять их.

Все очень просто. В двух словах, задумывались ли вы когда-либо о значении «уникального Существа»? Хананим — уникальное Существо. Если среди всех сотен, тысяч или даже миллионов наших родственников найдется хотя бы один человек, всем сердцем служащий уникальному Владыке, Богу, то именно к нему этот уникальный Владыка, Царь будет стремиться, чтобы излить всю Свою любовь. Это не просто мои мысли — я испытал и пережил все это.

На что похоже это положение? Его невозможно описать, невозможно выразить в словах. Никакие эпитеты и метафоры не способны выразить это положение. Если я начну описывать вам это положение, то моя история будет похожа на сон. Эта история совершенно иного измерения, недоступного вам, так что вы непременно скажете: «Пусть он говорит так, однако...».

Если бы я, например, старался отыскать все, что скрыто в облаках, не зная, что там находится, а затем хвастал, что я единственный, кто узнал об этом, мог бы наступить день всеобщего признания? Такой день никогда бы не настал.

Находясь в тюрьме, я подружился с одним осужденным, которого должны были казнить на следующий день. Я смог понять сердце его отца. Невозможно узнать, что он чувствует, не оказавшись в подобном положении. Никому не понять материнского сердца, не став матерью. Лишь его родная мать способна рыдать о нем и говорить: «Я готова занять твое место». Ни один друг не способен на это.

Но это единственное, чем я мог бы гордиться. Если вы будете с чистым сердцем служить Богу, уникальному Существу и Владыке, и жить вместе с Ним в своей стране и во Вселенной, то в тот же момент вы почувствуете, что находитесь посреди идеала расширенного Царства Небесного. Понимаете ли вы это?

Если у отца есть 100 сыновей и все они на самом деле преданны ему, вы не задумывались о том, станет ли сотый сын любить своего отца? Если бы все более чем 50 братьев были потеряны, сердце Бога и Его желание отыскать их будет безграничным. Можно ли выразить это в словах?

Я мог бы рассказать вам много интересных историй. В тюрьме я каждый день придумывал длинные истории и рассказывал их сокамерникам. Одни истории я мог рассказывать по 10 часов, а другие даже и целую неделю. Многим нравилось слушать меня. Однажды мне сказали, что герой моей истории не был похож на человека, а скорее казался каким-то духовным существом, парящим в воздухе. Это растрогало меня до слез. (Отец был тронут, когда слушатели смогли уловить, что он говорил о духовной реальности. Прим. ред.)

Насколько грозны эти слова: «Истинные Родители»! Мне не нравятся «Истинные Родители». Мне не нравится имя Истинных Родителей. Я никогда не изучал с любовью слова, которые не любил больше, чем имя Истинных Родителей. Я понимаю, что я должен жить под этой тенью. (Отец говорит, ссылаясь на груз ответственности, который влечет за собой положение Истинных Родителей. Прим. ред.) В то время как я размышляю об этом, условия, когда я могу сказать все, что пожелаю, еще не созданы.

Здесь, должно быть, находится много умных людей и некоторые из вас учились больше, чем я. Я вижу, в зале сидит буддистский монах! Каждый из вас прилагает большие усилия, чтобы служить основателю своей веры.

Я служу уникальному Существу — Богу. Бог, Которого я знаю, отличается от Бога, Которому служат другие. Воистину, как много раз я стоял на коленях и в благоговении слушал слова, которые я говорил в своей юности! Чьи это слова? Это не были слова о Боге, каким я Его знал. С какой целью я пережил все эти моменты, настолько затронувшие мое сердце? Безграничный мир, который я не мог постичь, — безграничные и обширные небеса и земля, залитые ярким светом, связанные с миром вечности... (Отец указывает на то, что он порой говорил такие вещи о Боге и о духовном мире, которых на тот момент своей жизни он не мог знать. Прим. ред.) Сколько бы раз я ни говорил об этом, другие могут сказать лишь, что они не понимают.

Что происходит с первоначальной формой в мире научных явлений, когда она переходит на следующий уровень? Лишь когда у дерева появляются ветви и оно переходит к своей третьей форме, оно может обрести надежду. (Тремя формами дерева могут быть корни, ствол и ветви. Прим. ред.) Люди, не достигшие такого уровня, не могут выйти за свои пределы, даже если они прожили вместе 10 или 20 лет.

Я хотел бы рассказать о том, что я остро почувствовал сегодня, но я не могу сказать об этом. Что вы думаете по поводу сказанных мною слов? Я стараюсь говорить, а затем забыть о сказанном. Когда происходит какой-либо инцидент, я стараюсь тут же забыть о нем. Какова польза помнить о нем? Этот случай на земле ни с чем не свяжешь.

Если сейчас я все забыл и ни о чем не помню и если бы мне сейчас пришлось обращаться к животному вместо человека, разве имело бы это значение? Разве существенно, если это вовсе не человек? А что, если бы я обращался к неодушевленному предмету? Если этот предмет затронет мое сердце и пробудит во мне любовь, больше, чем любой из вас, мне бы это понравилось. Таково сейчас сердце Бога, и вы должны знать об этом...

Кто мои сыновья и дочери? Пак Бо Хи! (Да.) Кто ты — мой сын, дочь, друг или последователь? (Я Ваш сын.) Как ты можешь быть моим сыном? Ты говоришь, что ты мой сын, но ты ничем не похож на меня. Если нас подвергнуть тщательному анализу по сотне или тысяче критериев, может оказаться, что ты ничем не похож на меня. Как же тогда ты можешь утверждать, что ты — мой сын? Говоря слово «сын», мы предполагаем, что можем потерять этого человека где-то на чужбине. Это больше походило бы на правду. Чужой сын может пропасть на чужбине. Лишь когда я стану проливать слезы за потерянного сына, я смогу сказать, что этот потерянный сын — мой. До того как я стал проливать слезы, я не знал об этом, но теперь, проливая слезы, я смог ясно все понять. Вы не можете этого понять, не пройдя через подобные острые переживания.

Итак, как долго ты являешься моим сыном? (Я был Вашим сыном всю свою жизнь.) Что ты только что ответил? Лишь однажды? (Всю жизнь.) Неделю? (Всю свою жизнь.) Мне это не нравится! Не думаю, что я достоин заботиться о таком сыне. Я должен служить ему. Для меня гораздо удобнее служить такому сыну. Какова позиция человека, служащего своему сыну?

У меня есть одна особенность: когда я попадаю в неловкое положение, мой рот становится сухим. Когда я при этом пытаюсь говорить, мой язык немеет и не слушается. Как же мне быть тогда? Что мне делать? Вот почему я с нерешительностью берусь за решение сложных проблем, дабы не причинить вреда гражданам своей страны. Я не знаю, в таком ли положении я нахожусь или нет, но когда я в душе отзываюсь о ком-либо плохо,  этот человек становится плохим. Допустим, я заявлю: «Ему не поздоровится». Не сказав этих слов, я мог бы, по крайней мере, питать в отношении него надежду в своем сердце, но, сказав это, что мне остается делать, когда мои слова становятся реальностью? Вы не знаете, какую ответственность я несу на своих плечах.

Путь праведности заключается не в том, чтобы заставить других людей последовать за вами, но в том, чтобы показать другим пример, которому они захотели бы следовать. Есть много способов, как можно обмануть людей. Это относится и к людям вроде нас с вами.

В юности я был известным и умным молодым человеком в своей деревне. Если вдруг один дедушка в нашей деревне переставал кушать и начинал жестоко обращаться со своими внуками, я приходил к нему и заявлял: «Дедушка, Вам следует поступить как я вам скажу. Я сделаю для Вас сто разных дел, пообещайте же мне исполнить всего одну мою просьбу». И все сто его просьб я прилежно исполнял.

Люди — удивительные существа. Я очень рад всем, кого вижу здесь сегодня впервые, и эту радость я выразил в своих словах.

 


Поздравительное выступление преп. Ин Гонга, главы буддистского ордена Тэго

Глубокоуважаемые преподобный Мун Сон Мён и г-жа Мун, дорогие гости и члены Религии Объединения! Я хотел бы выразить вам свою глубочайшую благодарность за приглашение на это по-настоящему значимое торжественное открытие Всемирного Главного офиса Церкви Объединения. Прежде всего я хотел бы поздравить вас с торжественным открытием Всемирного Главного офиса Церкви.

Несмотря на то, что до сих пор Церковь Объединения терпела многочисленные страдания и преследования ради того, чтобы прийти к настоящему моменту, преп. Мун Сон Мён посвятил 90 лет своей жизни исключительно воле Бога и миру во всем мире.

Я также верю, что, как верующий человек и последователь Будды, я всегда прикладывал максимум усилий. Тем не менее, когда я прочел автобиографию преп. Муна «Человек планеты, любящий мир», увидевшую свет в прошлом году, я не мог не проникнуться почтением и благоговением к преп. Муну, который прожил всю свою жизнь исключительно ради мира и спасения человечества. Более того, я пришел к ясному выводу, что такая жизнь не могла не затронуть даже самого Будду.

Сегодня я хотел бы воспользоваться возможностью и смело сказать, что жизнь преп. Муна была поистине жизнью Будды и жизнью Спасителя. В связи с этим я считаю, что все мы находимся сейчас на перепутье, когда нам нужно осуществить на практике идеал мира, которому учит преп. Мун.

Входя сегодня в Храм Чхонбоккун, я был поражен увиденными мной картинами четырех великих святых, висящими в вестибюле на первом этаже. Преп. Мун приложил невероятные усилия, чтобы привнести мир и гармонию между религиями, а преп. Мун Хёнг Джин сделал следующий шаг и поместил этих четырех великих святых в здание церкви. Это показывает, что движение религиозной гармонии, вдохновленное верой Объединения, не было простым предлагаемым лозунгом. Более того, это является четким посланием, что другие религии не могут не расти.

Дорогие гости и члены, разделяющие веру Религии Объединения! Я слышал, что идеал храма, называемого Чхонбоккун, созвучен членам Церкви Объединения по всему миру и что они приносили свои молитвы и пожертвования ради его построения.

Это является победой преп. Муна, но также и победой членов Церкви Объединения. Все вы — победные люди — являетесь хозяевами этого Всемирного Главного офиса Церкви.

Я надеюсь и молюсь, чтобы это победное основание расширилось за пределы Кореи и достигло всех уголков мира.

Преп. Мун, Вы отпраздновали в этом году свое 90-летие!

Я от всего сердца поздравляю Вас и желаю Вам долгой жизни!

Спасибо.

(Скопировано с сайта www.8books.ru)